Только много лет спустя узнали мы, что значили слова Намо. В тот день Тиндо пришел в мой дом, покрытый кровью и копотью, и голос его был хриплым и странным, когда спросил он:
- Можно, я поживу у тебя немного?
И также хриплым и странным был его голос, и глаза его смотрели мимо, пока говорил он в немногих словах, что нолдор взяли "Лалнэн" и разорили дом его отца.
- А что твой отец, Тиндо?
- Погиб.
И так свершились слова Намо о том, что, потерявши "Лалнэн", навеки обретет отец Тиндо свою супругу.
А Тиндо закрыл руками лицо, и плакал, и слезы текли у него между пальцев. Потом он поднял глаза и спросил жалобно, как спрашивает ребенок:
- Зачем они взяли ее, Тинвэн? Она же была такая маленькая лодка.

[события, не описанные в дневнике героини]
....и когда уже в отчаянии обежали они весь причал, вспомнил Нимлот, что малая ладья есть у отца Майвэн, его супруги, что была из телери; а жил ее отец не в самой Альквалондэ, но дальше по берегу в отдельном доме, что построил себе сам, потому что любил жить один. У самого его дома в темной воде стояла "Лалнэн", и, казалось, никто не охранял ее. И тогда Нимлот и его люди возрадовались, что добудут они для себя лодку и будет это без боя; хотя и сокрушался Нимлот о корабле, говорил он сам себе: "Под покровом ночи уведем мы эту ладью, и хозяин ее ничего не узнает о том". Но дом, где жила семья отца Тиндо, стоял близ самого причала, и увидел хозяин нолдор, что в пламени щитов и кольчуг держали путь к его кораблю. Рассвирепел он и выбежал, как был, в одной простой рубахе, на сходни и встал перед ними, говоря, что ни эльфа, ни валу, ни злую тварь - никого не пропустит он к кораблю, покуда стоит он здесь, и потому, что не успел он схватить никакого оружия, да и не было его у него в доме, вынул он весло из уключины и взял его наперевес. В одиночку стоял он перед ними, потому что родичи его, что вышли вместе с ним из дому, не успели добежать и теперь окружившие его нолдор оттеснили их далеко с пристани. Но так велики были гнев его и горе, что долго не решались они напасть. Тогда возвысил голос Нимлот, и заклинал его отойти во имя их родства и былой дружбы - но тот лишь усмехнулся в ответ. Тогда снова возвысил Нимлот голос, и снова просил телеро уйти, заклиная его именами валар, и светом Амана, и вершиной Таниквэтиль.
- Я на своей земле и останусь на ней, - отвечал тот.
Тогда Нимлот испугался, что его люди бросятся на него и убьют его, ибо нетерпение уже наполняло их. В отчаянии вскинул он копье и взял его наперевес, и бросился на телеро, пытаясь оттеснить его к краю широких сходен; отчаяние двигало обоими, но мастер, построивший "Лалнэн", был сильнее, и руки его еще не были окрашены кровью. Потому отбросил он нолдо туда, где стояли его родичи, и Нимлот упал к их ногам. Тогда в ярости нолдор обнажили мечи, но Нимлот крикнул на них, и они остались недвижны. Нимлот же в отчаянии в третий раз вскричал к телеро, жизнью собственного сына и памятью жены заклиная того отступить. Но тот остался неподвижен; и тогда Нимлот ударил его тупой стороной копья, думая оглушить - но в схватке обернул он копье и не заметил того, и лезвие прошло телеро через грудь.
Тогда телеро посмотрел на него и сказал:
- Помнишь,- когда женился ты на Майвэн, вместе мы строили дом.
Потом взгляд его помрачился, и он рухнул, там, где стоял, и дух его отошел в Чертоги. Нолдор же ринулись к кораблю, и переступали через него - а потом скинули тело в воду.


Недолгим было плаванье нолдор, захвативших "Лалнэн". Когда они отплыли от берега, стала великая тишь, и тщетно натягивали они стропы паруса и налегали на весла, пытаясь догнать ушедших вперед; и тогда в безветрии поднялась огромная волна, и накрыла ладью, и увлекла ее в пучину; и таково было отмщение Уйнен за смерть мореходов, так любимых ею.

Говорят, что в безмерной скорби взывали потом оба народа к стихиям, чтобы позволил Ульмо предать земле тела погибших в пучине; и Владычица Запада вняла их мольбам, и говорила с Ульмо. И после того воды вынесли тела на поверхность; и две долгие недели волны баюкали их, словно не желая расставаться, и две недели слышали мореходы в вое ветра и криках чаек плачь морских дев - покуда не отгоревала Уйнен своей потери. И тогда воды моря вынесли тела на берег, и Майвэн, сестра Тиндо, отыскала своего отца. Лежал он рядом с Нимлотом, - и в великом горе оплакала она их обоих.